в жизни главное — чувства, любовь, а не случайные, сиюминутные встречи. Но в студенческой жизни вопреки беседам все равно происходили непредвиденные случаи, и куратор опять шел навстречу, поддерживая «своих» детей. Однажды осенью я заметила, что девочка из подшефной группы (комсорг!) ждет ребенка. Как выяснилось в беседе с ней, летом домой она не ездила, боялась признаться родителям. А ведь отец её ребенка был здесь же, известный мне студент из параллельной группы, но жениться желания не выразил. Люда была страшно огорчена, что любовь её парня так быстро закончилась. Больших усилий стоило убедить её не отказываться от рождения ребенка и, кроме того, не принуждать молодого папу жениться (а это тогда так практиковалось!). Группа поддержала своего комсорга, и в результате родившийся мальчик стал «сыном полка», то есть всей группы. Окончив институт, Люда вернулась в родное село, встретила там одноклассника — свою первую любовь. Они поженились, и теперь наша выпускница пишет, что они счастливы.
Примерно в этот период из вузов начали брать ребят в армию. Однажды, во время занятий, студенты сказали, что меня просит выйти какой-то военный. Я удивилась и ответила, что знакомых военных у меня нет. Однако он настаивал, и мне пришлось выйти. Каково же было мое удивление, когда в этом военном я узнала нашего студента В. Гриценко, которого год назад призвали в армию. Он сказал, что получил за хорошую службу увольнение, едет ненадолго домой в район, и зашел повидаться, узнать, как дела в институте.
Оказалось, что служба была сама по себе очень воспитательным моментом. Возвратившиеся из армии ребята наводили порядок в общежитии, не позволяли шуметь или отвлекаться на занятиях не особенно успевающим студентам, умели как-то по-своему объяснить им, что учиться — это интересно!
Общественная работа
Этот вид деятельности сейчас развит значительно меньше, чем раньше. Работа в партийном бюро факультета была и престижной, и трудоемкой, и необходимой одновременно. Партийцы были объединены общими взглядами, идеями и желанием работать на благо страны. В разные годы секретарями партийного бюро факультета были Н.А. Ковров, М.Ф. Кобцев, Н.В. Молчанова, зам. секретаря — Л.А. Литвина. В партию принимали и сотрудников факультета, и студентов. Прием проходил торжественно, сначала на партийном бюро, затем на партсобрании факультета и в райкоме партии. Вступавшие относились к этому моменту очень серьезно, изучали устав КПСС, знакомились с международным и внутренним положением страны, изучали труды классиков марксизма-ленинизма, а после вступления в партию еще долго ходили гордыми за самих себя. Никаких благ за членство в партии не было, было только право хорошо и много работать,
так как на коммунистов смотрели как на пример. Антиобщественные поступки среди членов партии были явлением крайне редким: все знали, что за этим последует исключение, а такого позора никому не хотелось испытывать.
На факультете и в институте ощущалась работа профсоюзной организации, проявлялась забота о сотрудниках, их отдыхе, функционировал профилакторий в учхозе, в который сотрудники разных факультетов направлялись по очереди. Активно работали группы народного контроля. Будучи членом этой группы на факультете, я неоднократно участвовала в проверке качества приготовления пищи в студенческих столовых, в проверке работы заочного факультета, правильности оплаты всевозможных мероприятий…
На факультете постоянно работал философский методологический семинар. С одной стороны, никто вроде бы не обязывал в нем участвовать, с другой — преподаватели по очереди выступали там с докладами и заслушивали друг друга. Были бурные обсуждения вопросов, связанных не только с политическими или чисто философскими вопросами, но и непосредственно с биологией. В частности, интересным был вопрос о теоретической биологии. Есть теоретическая механика и другие дисциплины, в которых разрабатывается теория вопроса, а следовательно, и возможность предсказания развития тех или иных явлений и событий в историческом аспекте. Попытки разработать теоретическую биологию существовали, но она так и не была создана до конца. Между тем теоретическая биология могла бы очень облегчить учебный процесс, так как не вынуждала бы студентов отдельно учить ботанику, зоологию и микробиологию, а представлена была бы единой дисциплиной, дающей общее целостное представление о живом. Многие отрицали возможность создания теоретической биологии, другие были «за», что и порождало массу интересных философских рассуждений на эту тему.Именно на философских семинарах преподаватели пришли к выводу о необходимости создания структурно-логических связей между дисциплинами, что и было осуществлено. Схемы предлагала ввести научно-исследовательская лаборатория по совершенствованию учебного процесса под руководством Ч.И. Згирского. Первую схему на семинаре представила доцент кафедры философии Н.К. Водопьянова, а затем ее примеру последовали остальные.
Среди тематики семинаров были и вопросы охраны природы, а по сути, экологии. Например, вопрос о том, следует ли реку Обь